Девочка Маша и манная каша  Маша была единственным и любимым ребёнком. Её любили и баловали не только родители, но и бабушки, дедушки, а также многочисленные тёти и дяди. По японской педагогической системе ребёнку до пяти лет необходимо ни в чём не отказывать, растить в любви и тогда он вырастет настоящей личностью. Но про восточную научную методику тогда никто не знал, и всё получилось спонтанно. Всё было бы совсем хорошо, вот только ребёнок отказывался есть. Маша была худенькая, всегда отвергала пищу, и родственники применяли самые разнообразные уловки, чтобы накормить прозрачного ребёнка. Молоко девочка не пила – сначала её тошнило беззвучно, потом она издавала характерные звуки и довершала великолепие бурным фонтаном. Все ковры в доме пришлось убрать, потому что вскоре на них не оставалось ни одного живого места. Мясо Маша не ела вообще − она мучительно долго жевала каждый кусок котлеты, со страдальческим выражением лица набивала щёки как бурундук, и всё выплёвывала.
Но годам к пяти девочка поумнела. Она уже не устраивала бурных сцен – потихоньку засовывала непрожёванные комки под подушку, которую ей на стул подкладывали взрослые, чтобы мягче было сидеть, или мстительно выбрасывала еду в мусорное ведро.
 К мучениям с едой прибавились ещё и обучение чтению, письму и счёту. Сколько усилий прилагала бабушка для объяснения маленькому человечку, что же такое буквы, как они складываются в слоги, а потом в слова! Пятилетняя девочка старательно выводила дрожащей рукой палочки, но очень быстро уставала. Чтобы как-то развлечь себя, она сворачивала уголки тетрадок в маленькие трубочки. Процесс обучения грамоте продвигался очень медленно и крайне неохотно. Маша несколько раз бросала «Букварь» сначала на букве «Ж», потом на «К». А рассказ «Колхозный конь Орлик» выводил из себя не только ребёнка, но и её терпеливую бабушку. Ко всему прочему, Маша не могла произносить букву «р». Родственники старались изо всех сил, чтобы девочка «зарычала», разучивали скороговорки и стишки, но Машенька упорно говорила «Лыба, лак, ластение, тигл…»
Как водится, проблемы и сложности не приходят поодиночке. Однажды девочка жевала булку и почувствовала что-то твёрдое. Она было решила, что хлебопеки решили сделать какой-то подарок, но когда выплюнула, то увидела свой выпавший молочный зуб. Теперь ко всем проблемам с едой и чтением прибавились походы в детскую стоматологию, где добрый дядя со щипцами выдирал Машеньке каждый раз пару молочных зубов.
А больницы девочка ой как не любила! Она сразу ложилась на пороге поликлиники на пол и начинала громко орать. Её волокли дальше в кабинет, где повторялась та же история. Маша искренне считала, что её предали, и долго дулась на своих «мучителей».
А потом как-то странно все родственники начали интересоваться у Машеньки: «Кого ты больше хочешь − братика или сестричку?» Девочка не хотела ни братика, ни сестричку, но коварные взрослые рассказывали ей, как будет весело с братиком, как он будет защищать Машу и помогать ей. А если это будет сестричка Анечка, то будет с кем играть вместе». Маша поочерёдно представляла то сестричку, которую принесут из магазина, то братика, которого найдут в капусте. Почему мальчики валяются в грязи на дороге, Маша ещё не понимала.
И вот настал долгожданный день. В доме царила суматоха. На Машеньку впервые никто не обращал внимания. Затем одна из многочисленных тётушек подозвала девочку и показала ей свёрток с младенцем: «Это твой братик!» Маша увидела сморщенное лицо новорожденного, который внезапно громко расплакался. От неожиданного крика у пятилетней девочки заложило уши. Чтоб прекратить неприятный вой, она попыталась закрыть посильнее рот ребёнку своей рукой. Тётушка в ужасе оттащила Машину ладошку. С тех пор братика Машеньке так близко не показывали.
Не успела девочка свыкнуться с мыслью, что она не одна, как родился ещё один братик – на этот раз родной, а не двоюродный. И Маша была низвергнута с высоты своего трона в ранг старшей внучки и старшей дочки. Теперь все родственники строем шли с подарками к новорожденному, а не как раньше к Машеньке. Машины игрушки всегда были разбросаны по всему дому. Теперь их собрали в кучу и сложили в уголок, где страшный злой паук Ананси сплёл в них свою паутину. Маша просила взрослых смести мерзкое насекомое, но все были слишком заняты новорожденным, и не откликнулись на просьбу ребёнка.
 Девочке постоянно напоминали, что она теперь старшая, и должна показывать пример маленьким. А Маша не хотела быть примерной, ей хотелось, чтобы всё было как раньше, и внимание и подарки родственников доставались только ей одной. Но жизнь диктовала маленькой беззубой пятилетней девочке свои условия − вскоре приехал в отпуск папа, который настойчиво защищал рубежи необъятной на то время родины. Маша никак не могла понять, почему эти самые рубежи надо защищать, находясь за рубежами, но из Польши папа привёз дочке самые красивые в её жизни тапочки с таким восхитительным и волнующим названием «Zetpol». Юная модница щеголяла в них целый день, и даже не хотела снимать на ночь − обувь затмила по своей важности вопросы о родине.
Мама и бабушка занимались приготовлением праздничного обеда по случаю воссоединения семьи, а счастливый отец общался со старшей дочерью и новорожденным сыном. Привыкший командовать и подчиняться папенька никак не мог понять, почему команда «Отставить!» не действует на пятилетнюю Машу, а уж тем более на орущего младенца. Малыш громко и надрывно орал, а папа с дочкой пытались его успокоить. Через полчаса Маше надоело кривляться над посиневшим от крика братиком, и она швырнула погремушку в лицо младенца. Ребёнок закричал ещё громче, а отец, увидев это, заорал на обоих детей. Маша заревела в три ручья, на громкий шум из кухни прибежали хозяйки и увидели двух истошно орущих детей и отца, вопящего на них ещё громче. В общем, воссоединение семейства проходило не очень гладко.
Любимым развлечением Машеньки были животные. Вечером возле дома в густой траве можно было встретить ёжика, и однажды мама поймала для дочки целое колючее семейство. Ежиха с тремя ежатами деловито сопела и настороженно оглядывалась по сторонам, поэтому всех быстро выпустили на волю.
Очень часто из гнёзд выпадали птенцы. Маша узнавала об этом по тревожным крикам птичьей стаи. Тогда девочка бежала к месту событий, опережая кровожадных кошек, пока они не сожрали беззащитного птенца. А однажды в антикомариной сетке запутался воробей. Птица отчаянно пыталась выбраться и громко звала на помощь. На чириканье прибежала Машенька и тут же засунула её в клетку. Воробей бился в застенке весь вечер, пытаясь вырваться на волю, пока любознательная девочка не увидела, что птичка снесла маленькое белое яичко. Тогда взрослые убедили её не мучать несчастную воробьиху, и отпустить её к деткам. Почуяв свободу, узница сразу понеслась к макушке ближайшего дерева, а Маша ещё долго хранила в спичечном коробке обложенное ватой яичко.
Иногда в траве Маша даже находила черепаху, много раз ловила ящериц. Юркие ящерицы, в отличие от медлительных черепах, извивались и отбрасывали хвост, поэтому охота на них не всегда была удачной.
Вскоре возле дома девочка обнаружила муравейник и оторвать её от созерцания таинственной жизни было практически невозможно. А после просмотра мультфильма и рассказа мамы о распорядке дня муравейника, о строгой иерархии в нём, Маша бежала с криками: «Я ─ инвалид, ножка болит, солнце опускается, муравейник закрывается» и приносила насекомым жирных червяков. Потом девочка зачарованно наблюдала, как муравьи затаскивают добычу в нору. В следующий визит натуралистка принесла горстку зерна. Сначала сыпала по зёрнышку, муравьишки сразу их подхватывали и тащили в закрома. Потом девочке надоело заниматься мелкой благотворительностью и она, как Гулливер в стране лилипутов, щедро засыпала вход зерном. Через несколько часов насекомые не только расчистили вход, но и втащили все зёрнышки внутрь. Тогда добрая и очень любознательная девочка налила воды в литровую банку и устроила муравьям всемирный потоп.
Но никакое «доброе» дело не остаётся безнаказанным, и однажды на четырёхлетнюю Машу было совершено злодейское нападение. Девочка наковыряла червяков на свежевскопанной грядке и подошла к группе индюков, чинно совершавших вечерний моцион. Птицы показались ребёнку просто огромными, они распушили перья и агрессивно нахохлились. Но девочка отважно бросила червяка ближайшему индюку. Брошенный нетвёрдой детской рукой, он описал небольшую дугу и упал почти у ног Машеньки. Индюки, расталкивая друг друга, кинулись к деликатесу. Маша испугалась и побежала, крепко зажав в кулаке пару червей. Индюки, агрессивно клокоча, бросились вдогонку. Погоня была как в фильмах ужасов – по закону жанра девочка поскользнулась и упала. Птицы окружили её и уже начали клевать, но тут на помощь пришёл дядюшка − как настоящий герой американских вестернов. Он разогнал птиц, поднял зарёванную девочку с земли и отнёс домой.
 Вообще-то Машенькин дядюшка был большим оригиналом. Однажды над домом долго летали самолёты. Может быть, они удобряли ядохимикатами ближайшие поля и дома, а, может, разбрасывали листовки – история об этом умалчивает. Но Машу подобное поведение очень встревожило. Дядюшка это объяснил просто: «Китайцы на нас нападают! Сейчас бомбить будут!» И Машенькиному ужасу не было предела − она вбежала в дом, залезла под стул и сидела там, пока не затекли ноги. Потом перебралась под стол, где было просторнее. Эрудированная девочка вспомнила фильмы об Отечественной войне и всерьёз опасалась бомбёжки. А когда добрый дядюшка начал копать погреб для консервации, то своей племяннице он сообщил, что это бункер как у Гитлера на случай ядерной войны. В том возрасте Машенька ещё верила взрослым, и эти приготовления пугали её ещё больше.
|