Курьер - всеукраинская интернет-газета
Курьер Курьерыч30 октября 2002, 18:18.Афиша

Марк шагал в вашингтоне


     Вашингтонский коллекционер Эвелин Стефанссон Неф гордится своей коллекцией произведений изобразительного искусства. Самое большое достоинство коллекции - огромное мозаичное панно знаменитого русского художника Марка Шагала.
     Имя Шагала известно любителям изобразительного искусства во всем мире. Но имя Эвелин Неф мало кому известно за пределами Вашингтона.
     Я давно знал, что на стене ее сада в историческом районе Вашингтона Джорджтауне висит мозаичное панно Шагала, и мне очень хотелось его увидеть, но я не знал, как это осуществить, чтобы не вторгаться в частную жизнь.
     Недавно я увидел на прилавке книжного магазина книгу под названием «В поисках моего собственного пути: Автобиография оптимиста». Присмотревшись поближе я увидел имя автора - Эвелин Стефанссон Неф. Я позвонил автору, представился и попросил о встрече, на что Эвелин Неф любезно согласилась.
     Эвелин Неф 89 лет. Живет она одна в четырехэтажном особняке, стены которого увешаны картинами многих знаменитых художников. Здесь есть Пикассо, Брак, Дюфи, Грош, Кандинский, Леже, Руо, Синьяк, Утрилло и другие знаменитости. Я поинтересовался, как ей удалось собрать такую коллекцию? Об этом Эвелин Неф рассказала мне в ходе интервью.
     Но сначала мне хотелось бы вкратце рассказать об этой удивительной женщине. Ее девичья фамилия Шварц, она родилась в Бруклине в семье еврейских иммигрантов из Венгрии. С раннего детства проявила интерес к рисованию, и отец записал ее в нью-йоркскую школу, где наряду с общеобразовательными предметами большое внимание уделялось рисованию.
     Но художником она не стала. Скоропостижная смерть отца вынудила ее в 14 лет пойти работать, чтобы помогать семье. У нее было две сестры и малолетний брат. Мать после смерти мужа впала в глубокую депрессию и не могла работать.
     Сначала Эвелин работала в пошивочной мастерской, потом в универмаге «Мэйси» и даже в кукольном театре, а по вечерам продолжала заниматься в школе.
     Через несколько лет Эвелин познакомилась с известным полярным исследователем Вильямуром Стефанссоном, который помог ей устроиться на работу в качестве оформителя в исландском павильоне Международной ярмарки 1939 года в Нью-Йорке, а затем предложил ей место сотрудника в библиотеке полярных исследований, носившей его имя. Общность интересов сблизили Эвелин и Стефанссона и, несмотря на большую разницу в возрасте, они вскоре поженились.
     Библиотекой Стефанссона заинтересовался знаменитый Дартмутский колледж, и супруги переехали в штат Нью-Гемпшир. Для работы в области полярных исследований Эвелин пришлось выучить русский, исландский и датский языки. Вместе с мужем она совершила несколько исследовательских поездок на Аляску и Северный полюс и написала об этом две книги.
     Вильямур Стефанссон, с которым Эвелин прожила почти 25 лет, скончался в 1962 году. Эвелин очень тяжело переживала утрату. Ей трудно было оставаться одной в небольшом городке, где ей слишком многое напоминало о покойном муже, и она решила искать новую работу.
     Поиски увенчались успехом. Эвелин нашла работу в Американском социологическом обществе в Вашингтоне. Вскоре она познакомилась с овдовевшим профессором истории Чикагского университета Джоном Нефом, который после выхода на пенсию жил в Вашингтоне. Вот что рассказывает моя собеседница:
     «Я подумала: съезжу в Вашингтон на год, чтобы как-то отвлечься. Но менее чем через год после приезда в Вашингтон я встретила человека, который мне сделал предложение. Как и Стефанссон, он был интеллектуал. Его страстью были произведения искусства. Мне было уже пятьдесят с лишним, но возраст не говорит ни о чем: я была снова влюблена. Он был состоятельный человек, мы много путешествовали, бывали в Париже и на французской Ривьере, где у него было много друзей. Впервые в жизни мне не нужно было работать. Как я уже говорила, я работала с 14 лет».
     Дом Эвелин Неф - маленький музей. Здесь собраны прекрасные образцы современного искусства. Я поинтересовался, как она приобрела эту коллекцию.
     «Мой муж не был стеснен в деньгах, - рассказала Эвелин. - Его первая жена была гавайским консулом. Они не были богаты, но у них было достаточно средств, чтобы путешествовать по миру и покупать произведения искусства. В те годы можно было приобрести работу Модильяни всего за тысячу долларов. А графикой вообще мало кто интересовался. Мой муж купил четырнадцать гравюр Пикассо, которые вы только что видели, всего за сто долларов. Он начал собирать коллекцию в 20-е и 30-е годы».
     В коллекции есть много работ Марка Шагала, которые знаменитый художник подарил Эвелин и ее мужу. Насколько мне известно, сказал я, художники редко дарят свои работы просто так, за красивые глаза...
     «Вы правы, но иногда им приходится чем-то расплачиваться, - говорит Эвелин Неф. - Мой муж в свое время организовывал симпозиумы в Чикагском университете, на которые приглашал знаменитых людей в качестве докладчиков. Обсуждались различные темы - политика, наука, архитектура, искусство... Марк Шагал был приглашен как художник. Мой муж и Шагал подружились. Шагал выступал по-французски, и мой муж выполнял роль переводчика. Так было и с Леже, и с Ле Корбюзье. В знак благодарности они дарили ему свои работы». А вот как Эвелин Неф познакомилась с Марком Шагалом:
     «Мы встретились в 1964 году, когда я и Джон Неф проводили медовый месяц. Я не говорила по-французски и была в отчаянии. А Марк не знал английского. Он говорил только на идиш, по-русски и по-французски. Но я знала русский язык! Я учила его, когда была замужем за полярным исследователем. Моим учителем в колледже Миддлберри была Мария Морозова, внучка легендарного русского коллекционера Ивана Морозова. России принадлежит 51% арктического пространства, и много работ на эту тему написано по-русски. Мне нужен был русский язык, чтобы читать научные публикации. Шагал и его жена были удивлены моим знанием русского».
     Так Эвелин Неф подружилась с великим русским художником. Я спросил: не хотела бы она продолжить нашу беседу по-русски? Произнеся несколько русских слов, она сказала: «Как жаль, что мы с вами не встретились 20 лет назад»...
     Чета Неф гостила у Марка Шагала и его жены на юге Франции, а когда Шагалы приезжали в Вашингтон, они останавливались у супругов Неф. Каждый год на день рождения Марк Шагал дарил Эвелин Неф литографию с дарственной надписью.
     В 1967-м году, когда Марк Шагал снова был в Вашингтоне, он сказал: «Я хочу что-нибудь сделать для вашего дома. Но поскольку ваш дом и так полон искусства, я сделаю мозаичное панно для вашего сада», - вспоминает Эвелин Неф.
     «Ну, что ж, прекрасно, сказали мы. Мы думали, что он забудет. Но когда на следующий год мы снова были на юге Франции, его жена сказала: «Марк закончил макет вашего мозаичного панно». Я полагала, что это что-то небольшое. Но когда он пригласил нас в свою студию и торжественно снял покрывало, перед нашими глазами открылось небывалое зрелище. Это было огромное выполненное гуашью панно. В студии был итальянский мастер Лино Милано, который должен был воспроизвести проект Шагала в мозаике. Он делал такую работу для Пикассо, Брака, Леже и других».
     Мозаичное панно было выполнено в мастерской Лино Милано в Ницце и по частям самолетом доставлено в Вашингтон. Оно было установлено на специально для этого построенной кирпичной стене в саду дома супругов Неф. На панно размером чуть больше 3х2 метра изображены персонажи из классической греческой мифологии - играющий на лютне Орфей, три грации и крылатый Пегас. На нижней части панно изображена группа иммигрантов и беженцев, готовящихся к переезду через широкий голубой океан в страну небоскребов. Во время Второй мировой войны эта страна дала прибежище самому Шагалу.
     Работа по установке панно заняла полтора года, и после завершения работы Марк Шагал приехал посмотреть на свое творение.
     Джон Неф скончался более десяти лет назад. «Кто унаследует вашу бесценную коллекцию?» - поинтересовался я.
     «Этот вопрос я уже давно решила, - сказала Эвелин Неф. - В благодарность стране, которая предоставила мне, дочери иммигрантов из Венгрии, столь широкие возможности, я завещала всю коллекцию, включая мозаичное панно Марка Шагала, вашингтонской Национальной художественной галерее».
    
     Люсьен Фикс. Voice of America
     На фото: Эвелин Стефанссон Неф перед фреской Шагала


30 октября 2002, 18:18.Автор: Курьер КурьерычПросмотров: 725Афиша
Оценка статьи: +0 Нра! :)НЕ нра! :( -0
comments powered by Disqus